Главная / Личности / Игнатьев Николай Павлович
Историческая личность

Игнатьев Николай Павлович

Дипломатические успехи и противоречивое министерство Николая Игнатьева: Китай, Балканы и первый год правления Александра III.

Опубликовано:
Обновлено:
Николай Павлович Игнатьев. Фотография конца XIX века.

Краткая справка

Дата рождения17 (29) января 1832 года
Дата смерти20 июня (3 июля) 1908 года
РодителиПавел Николаевич Игнатьев
Супруг(а)Екатерина Леонидовна Голицына
ДетиВ том числе Павел Николаевич и Николай Николаевич
Род деятельностиДипломат и государственный деятель; министр внутренних дел; генерал от инфантерии

Биография и деятельность

Николай Павлович Игнатьев известен как дипломат, подписавший Пекинский договор 1860 года и Сан-Стефанский мир 1878 года. В России он также занимал пост министра внутренних дел в первый, особенно напряжённый год правления Александра III. Его министерство продолжалось немногим больше года, но оставило долговечное наследие: чрезвычайные полномочия администрации, ограничения для евреев и неосуществлённый проект Земского собора.

Игнатьев соединял убеждённый монархизм со стремлением опереться на общественное мнение и славянофильские представления о связи царя с народом. Он не был последовательным либералом и не предлагал парламентского ограничения самодержавия. При этом его политический замысел отличался от курса Константина Победоносцева, предпочитавшего не допускать даже символических опытов общегосударственного представительства. Их расхождение стало одной из причин его отставки в 1882 году.

Краткие сведения

  • Родился 17 (29) января 1832 года в Санкт-Петербурге.
  • Умер 20 июня (3 июля) 1908 года в имении Круподерницы Киевской губернии.
  • Дипломат, генерал от инфантерии, член Государственного совета.
  • Представлял Россию в Китае и Османской империи.
  • Министр государственных имуществ весной 1881 года.
  • Министр внутренних дел с мая 1881 до мая 1882 года.
  • С 1888 года руководил Петербургским славянским благотворительным обществом.

Служилая семья и военное образование

Отец Игнатьева, Павел Николаевич, принадлежал к высшей государственной и военной элите и позднее возглавлял Комитет министров. Мать, Мария Ивановна, происходила из семьи Мальцовых. Николай рос в среде, где служба монарху была не отвлечённым идеалом, а повседневным занятием родственников и знакомых. Семейное положение облегчало доступ к образованию и первым назначениям, но не объясняет само по себе его дипломатических успехов.

Он окончил Пажеский корпус, в 1849 году поступил в лейб-гвардии Гусарский полк, затем завершил обучение в Военной академии. Военная подготовка сформировала важные для будущего дипломата навыки: оценку местности, работу с картами, интерес к коммуникациям и вооружённым силам других государств. В Крымскую войну он служил на Балтийском направлении, где Россия ожидала возможных действий англо-французского флота.

В 1856 году Игнатьев был назначен военным агентом в Лондоне. Работа требовала наблюдать за армией и политической жизнью страны, с которой Россия недавно воевала. Он участвовал также в обсуждении пограничных вопросов после Парижского мира. Уже на раннем этапе проявились инициативность и стремление воздействовать на общую политику, а не ограничиваться технической передачей донесений.

Миссия в Хиву и Бухару

В 1858 году Игнатьев возглавил военно-дипломатическую миссию в Среднюю Азию. Перед ней стояли торговые, политические и разведывательные задачи: уточнение отношений с ханствами, изучение путей сообщения и положения российских подданных. Переговоры в Хиве сопровождались серьёзными трудностями. Дипломат должен был учитывать не только формальные обещания правителя, но и реальную безопасность участников миссии.

В Бухаре удалось заключить соглашение и добиться освобождения российских пленников. Поездка принесла географические и военно-статистические сведения, которые имели значение для дальнейшей политики империи в регионе. Однако её не следует превращать в бесконфликтное путешествие просветителя. Миссия была частью соперничества держав и расширения российского влияния, а интересы местных обществ далеко не всегда совпадали с интересами Петербурга.

Пекинский договор 1860 года

Следующее назначение привело Игнатьева в Китай. Российское правительство стремилось закрепить результаты Айгунского договора и уточнить положение территорий к востоку от Уссури. Переговоры шли на фоне Второй опиумной войны, когда англо-французские силы оказывали на Цинскую империю военное давление. Игнатьев использовал отношения с обеими сторонами, предлагая посредничество и добиваясь уступок в пользу России.

2 (14) ноября 1860 года он подписал Пекинский договор. Россия закрепила владение Уссурийским краем и выход к морю на территориях, включавших будущие важнейшие центры Приморья. Для российской дипломатии это был крупный результат, достигнутый без отдельной русско-китайской войны. Для Китая договор являлся частью системы неравноправных соглашений, заключённых в условиях тяжёлого внешнего давления.

Популярная формула о приобретении огромной территории «одним росчерком пера» скрывает предшествующую работу Геннадия Невельского, Николая Муравьёва-Амурского и других участников дальневосточной политики. Заслуга Игнатьева заключалась в конкретной переговорной развязке. Он сумел использовать международную ситуацию и закрепить условия документом, но не создавал дальневосточное присутствие России с нуля.

Василий Тимм. Генерал-адъютант Николай Игнатьев. 1861 год.
Василий Тимм. Генерал-адъютант Николай Игнатьев. 1861 год.

Константинополь, славянский вопрос и Сан-Стефано

В 1861 году Игнатьев возглавил Азиатский департамент Министерства иностранных дел, а с 1864 года представлял Россию в Константинополе. Сначала он имел ранг посланника, позднее стал послом. Длительная служба позволила ему выстроить широкую сеть контактов среди османских сановников, православного духовенства и представителей балканских народов. Он выступал за активную российскую политику в регионе и поддерживал болгарское национальное движение.

Однако балканские православные общества не составляли единого политического целого. Интересы греков, болгар, сербов и других народов расходились, в том числе в церковных делах. Дипломату приходилось действовать среди противоречий, которые нельзя было разрешить одним призывом к славянскому единству. Его поддержка болгар усиливала российскую популярность в одной среде и вызывала недоверие в другой.

В русско-турецкую войну 1877–1878 годов Игнатьев находился при императоре, а затем участвовал в мирных переговорах вместе с Александром Нелидовым. Подписанный 19 февраля (3 марта) 1878 года Сан-Стефанский договор предусматривал крупное Болгарское княжество и существенные изменения на Балканах. Он стал вершиной дипломатической славы Игнатьева и основанием особенно прочной памяти о нём в Болгарии.

Условия вызвали противодействие других держав и были пересмотрены на Берлинском конгрессе. Игнатьев утратил прежнее влияние. Спор о его ответственности остаётся связанным с вопросом, насколько первоначальное соглашение учитывало международное соотношение сил. Военный успех России давал сильную переговорную позицию, но не устранял интересов Великобритании и Австро-Венгрии. Позднейшая критика договора и его защита нередко становились частью внутренних политических споров.

Участники Константинопольской конференции 1876 года. В центре Генри Эллиот и Николай Игнатьев.
Участники Константинопольской конференции 1876 года. В центре Генри Эллиот и Николай Игнатьев.

Возвращение к власти в 1881 году

После убийства Александра II Игнатьев был назначен министром государственных имуществ. На этом посту он находился лишь несколько недель, поэтому приписывать ему завершённую аграрную реформу нельзя. Он занимался вопросами управления казёнными землями и обращал внимание на злоупотребления при распоряжении государственной собственностью. Но очень скоро ему поручили гораздо более политически значимое ведомство.

4 мая 1881 года по старому стилю Игнатьев стал министром внутренних дел, сменив Михаила Лорис-Меликова. Александр III уже отверг продолжение осторожного курса на привлечение общественных представителей к обсуждению государственных вопросов в прежней форме. Новый министр должен был восстановить безопасность после цареубийства и показать, что власть контролирует положение. Одновременно от него ожидали программы, способной укрепить общественную поддержку самодержавия.

Игнатьев пользовался славой дипломата-патриота и имел связи со славянофильской средой. Эти качества делали его привлекательной фигурой для нового царствования. Однако министерство внутренних дел отличалось от посольства: здесь решения ежедневно затрагивали огромную административную систему, земства, прессу и население. Личная энергия переговорщика не всегда помогала согласовать противоречивые интересы внутри правительства.

Положение об охране 14 августа 1881 года

При Игнатьеве было утверждено Положение о мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия. Оно предусматривало режимы усиленной и чрезвычайной охраны и расширяло полномочия местных властей. Администрация получала дополнительные возможности запрещать собрания, ограничивать деятельность учреждений, применять внесудебные меры и передавать отдельные дела особому порядку рассмотрения.

Непосредственным обоснованием была борьба с революционным терроризмом. Убийство императора показало реальность угрозы, а правительство стремилось действовать быстрее, чем позволяла обычная судебная процедура. Но созданные инструменты применялись значительно шире преследования непосредственных участников насилия. Они могли затрагивать печать, общественные организации и людей, чья деятельность оценивалась властями как неблагонадёжная.

Мера задумывалась как исключительная, однако её действие многократно продлевалось. Поэтому краткое министерство Игнатьева повлияло на политический режим следующих десятилетий. В истории этого решения важно отделять понятную потребность в защите от террора от предоставления администрации почти постоянных чрезвычайных полномочий. Последние ослабляли гарантии, созданные судебной реформой, и делали права человека зависимыми от оценки чиновника.

Крестьянские вопросы и Кахановская комиссия

Внутренняя политика Игнатьева не исчерпывалась репрессиями. Он поддерживал меры по облегчению положения крестьян, включая снижение выкупных платежей и завершение временнообязанного состояния. Эти решения готовились несколькими ведомствами; особенно важна была роль министра финансов Николая Бунге. Приписывать их одному Игнатьеву неправильно, но и исключать его участие из-за последующей репутации консерватора тоже нельзя.

Министр считал, что местное управление недостаточно приспособлено к обществу после отмены крепостного права. Осенью 1881 года была учреждена Особая комиссия под председательством Михаила Каханова. Она должна была подготовить проекты преобразования местных учреждений и уточнить отношения между государственной администрацией и общественным самоуправлением. В обсуждении использовались результаты сенаторских ревизий и мнения практических деятелей.

Для Игнатьева привлечение «сведущих людей» не означало признания парламентского принципа. Он рассчитывал получить полезные сведения и укрепить связь власти с местной жизнью. Тем не менее сама постановка вопроса допускала более широкую роль общества, чем желали сторонники безусловной административной централизации. Комиссия продолжала работу после его ухода и была закрыта в 1885 году, не осуществив первоначального замысла целиком.

Погромы и «Временные правила» 1882 года

Весной 1881 года южные губернии империи охватила волна антиеврейских погромов. Она началась до назначения Игнатьева министром внутренних дел и продолжалась во время его управления. Еврейские семьи подвергались нападениям, грабежам и разрушению имущества. Действия местной администрации были неодинаковыми: где-то власти пресекали насилие, где-то реагировали поздно или недостаточно решительно.

Сам факт погромов не доказывает существования единого приказа министра об их организации. Такое обвинение требует отдельных документальных оснований. Вместе с тем ответственность Игнатьева за государственную реакцию вполне конкретна. Вместо последовательного признания равной защиты жертв его ведомство рассматривало происходившее через представление о якобы вредном экономическом влиянии евреев. Тем самым причины насилия переносились на тех, кто от него пострадал.

3 мая 1882 года по старому стилю были утверждены «Временные правила». Они ограничивали новое поселение евреев вне городов и местечек в пределах черты оседлости, а также некоторые сделки с недвижимостью в сельской местности. Предусматривались и ограничения торговли по воскресным и праздничным дням. Применение зависело от местных условий и толкования властей, но общая направленность была дискриминационной.

Правила не отменяли всех прежних исключений и не означали немедленного выселения каждого еврея из любой деревни. Однако они существенно сужали пространство законной жизни и хозяйственной деятельности. Название «временные» не соответствовало долговечности последствий: ограничения действовали десятилетиями. Дипломатические заслуги Игнатьева не уменьшают его ответственности за подготовку этой политики.

Земский собор: замысел и пределы

Весной 1882 года Игнатьев обсуждал созыв Земского собора к предстоящей коронации Александра III. Замысел был связан со славянофильской идеей непосредственного общения монарха с представителями народа. Предполагалось торжественное подтверждение единства страны и престола, а не передача законодательной власти выборному парламенту. Историческое название должно было подчеркнуть отечественное происхождение представительства.

Иван Аксаков и другие участники славянофильского круга видели в таком собрании способ преодолеть отчуждение между бюрократией и обществом. Но оставалось неясным, как выбирать участников, кого считать представителем населения и какими будут последствия самого факта созыва. Даже совещательный орган мог начать формулировать ожидания, выходившие за рамки заранее подготовленной церемонии.

Победоносцев счёл проект опасным. Его тревожили не только возможные требования участников, но и сама мысль, что самодержавию нужно подтверждение со стороны представительного собрания. Александр III отказался от предложения. Конфликт показал предел допустимой политической инициативы: поддержка монархии приветствовалась, если не создавала нового учреждения, способного приобрести самостоятельное значение.

Отставка и деятельность в 1880–1890-е годы

30 мая 1882 года Игнатьев был освобождён от должности министра внутренних дел. Его сменил Дмитрий Толстой. Отставку нельзя свести только к одной неудачной записке: накапливались недоверие при дворе, разногласия с влиятельными консерваторами и сомнения в его политической тактике. Однако проект Земского собора стал непосредственным и наиболее заметным поводом окончательного разрыва.

Игнатьев сохранил членство в Государственном совете, но к руководству крупным министерством больше не вернулся. В 1884 году он возглавил Общество для содействия русской промышленности и торговли, а с 1888 года был председателем Петербургского славянского благотворительного общества. Эти занятия позволяли участвовать в общественной жизни, поддерживать связи и отстаивать представление об особой роли России среди славянских народов.

В оставшуюся часть царствования Александра III его влияние было преимущественно общественным и мемориальным. Он защищал собственное понимание Сан-Стефанского договора, поддерживал православные учреждения на Востоке и участвовал в благотворительных инициативах. Не следует изображать его скрытым руководителем внешней политики после 1882 года: официальные решения принимали император и действовавшие министры, нередко расходившиеся с его взглядами.

Борис Кустодиев. Николай Игнатьев. Этюд к картине «Торжественное заседание Государственного совета». 1902 год.
Борис Кустодиев. Николай Игнатьев. Этюд к картине «Торжественное заседание Государственного совета». 1902 год.

Жена, дети и имение Круподерницы

В 1862 году Игнатьев женился на княжне Екатерине Леонидовне Голицыной. Супруга сопровождала его в дипломатической жизни и была связана с благотворительной деятельностью. В семье было несколько детей. Сын Павел Николаевич впоследствии стал министром народного просвещения при Николае II, а сын Николай избрал военную службу. Семейная история продолжилась уже в условиях войн, революции и эмиграции.

Игнатьева иногда путают с автором мемуаров «Пятьдесят лет в строю» Алексеем Алексеевичем Игнатьевым. Это другой человек, его племянник. Не следует также смешивать Николая Павловича с его братом Алексеем Павловичем, видным государственным деятелем. Повторение имён и отчеств в большой служилой семье требует внимательности, особенно при чтении кратких справочников.

Николай Игнатьев с супругой Екатериной Леонидовной и сыном Леонидом. 1902 год.
Николай Игнатьев с супругой Екатериной Леонидовной и сыном Леонидом. 1902 год.

Смерть и память

Последние годы Игнатьева связаны с имением Круподерницы в Киевской губернии. Он умер там 20 июня (3 июля) 1908 года и был похоронен в семейной усыпальнице. К этому времени его крупнейшие дипломатические успехи относились уже к прошлому царствованию, а собственное министерство воспринималось как короткая, неосуществлённая политическая возможность.

Память об Игнатьеве особенно сильна в Болгарии, где его имя связано с освобождением от османской власти и Сан-Стефанским договором. В российской истории оценка более многосоставна. Он был талантливым переговорщиком, способным использовать международный кризис, и одновременно администратором, проводившим дискриминационные меры. Полная биография должна удерживать обе стороны, не превращая государственную эффективность в нравственное оправдание любого решения.

Связанные личности и события

  • Александр III Александрович. Назначил Игнатьева министром внутренних дел и отверг проект Земского собора.
  • Победоносцев Константин Петрович. Сначала поддерживал его назначение, затем выступил против политического проекта министра.
  • Бунге Николай Христианович. Участник подготовки крестьянских финансовых мер начала 1880-х годов.
  • Толстой Дмитрий Андреевич. Сменил Игнатьева на посту министра внутренних дел.
  • Аксаков Иван Сергеевич. Славянофильский публицист, связанный с идеей Земского собора.
  • Пекинский договор 1860 года и Сан-Стефанский мир 1878 года. Главные дипломатические соглашения его карьеры.

Частые вопросы

Игнатьев хотел ввести конституцию?

Нет. Предложенный им Земский собор должен был укрепить самодержавие через совещательное и торжественное представительство. Он не являлся проектом парламентской монархии.

За что его отправили в отставку?

В 1882 году император утратил доверие к его политической тактике. Решающее значение имело неприятие проекта Земского собора, против которого выступил Победоносцев.

Чем он занимался при Александре III после министерства?

Состоял в Государственном совете, руководил общественными организациями, занимался славянской и православной благотворительностью. Руководящую министерскую должность больше не получил.

Эпоха: Александр III Александрович: биография императора и история правления.

Литература

  • Хевролина В. М. Николай Павлович Игнатьев. Российский дипломат. Москва: Квадрига, 2009.
  • Зайончковский П. А. Кризис самодержавия на рубеже 1870–1880-х годов. Москва: Издательство Московского университета, 1964.
  • Захарова Л. Г. Земская контрреформа 1890 г. Москва: Издательство Московского университета, 1968.
  • Игнатьев Н. П. Граф Н. П. Игнатьев и Православный Восток: документы, переписка, воспоминания. Том 1: Записки о русской политике на Востоке, 1864–1887 гг. Подготовили О. В. Анисимов, К. А. Вах. Москва: Индрик, 2015.
  • Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. Том XIIa: Земпер — Имидокислоты. Санкт-Петербург, 1894.
Автор материала

Андрей Воронцов

Российская империя: правители, реформы и дипломатия

Пишет о Российской империи XVIII – начала XX века: правителях, государственном управлении, экономике, дипломатии и общественной жизни. Материалы рассматривают политические решения в контексте событий эпохи, уделяют внимание хронологии и связи…

Все материалы автора →